Неточные совпадения
Пришел священник; дьячки
пришли, стали петь, молиться, курить ладаном; я клал земные поклоны и хоть бы слезинку выронил.
Он
пришел к
священнику и говорит: «Хочу дать 1000 золотых бедным, да не знаю, кому дать. Возьмите деньги и раздайте, кому знаете».
Священник увидал его и сказал: «Этот бедный первый
пришел ко мне», и отдал ему все 1000 золотых богатого человека.
Войдя в избу, где собрался причт и
пришли гости и, наконец, сам Федор Павлович, явившийся лично в качестве восприемника, он вдруг заявил, что ребенка «не надо бы крестить вовсе», — заявил не громко, в словах не распространялся, еле выцеживал по словечку, а только тупо и пристально смотрел при этом на
священника.
И никому из присутствующих, начиная с
священника и смотрителя и кончая Масловой, не
приходило в голову, что тот самый Иисус, имя которого со свистом такое бесчисленное число раз повторял
священник, всякими странными словами восхваляя его, запретил именно всё то, что делалось здесь; запретил не только такое бессмысленное многоглаголание и кощунственное волхвование священников-учителей над хлебом и вином, но самым определенным образом запретил одним людям называть учителями других людей, запретил молитвы в храмах, а велел молиться каждому в уединении, запретил самые храмы, сказав, что
пришел разрушить их, и что молиться надо не в храмах, а в духе и истине; главное же, запретил не только судить людей и держать их в заточении, мучать, позорить, казнить, как это делалось здесь, а запретил всякое насилие над людьми, сказав, что он
пришел выпустить плененных на свободу.
Никому в голову не
приходило того, что золоченый крест с эмалевыми медальончиками на концах, который вынес
священник и давал целовать людям, был не что иное, как изображение той виселицы, на которой был казнен Христос именно за то, что он запретил то самое, что теперь его именем совершалось здесь.
Потом, после допроса сторон, как они хотят спрашивать: под присягой или нет, опять, с трудом передвигая ноги,
пришел тот же старый
священник и опять так же, поправляя золотой крест на шелковой груди, с таким же спокойствием и уверенностью в том, что он делает вполне полезное и важное дело, привел к присяге свидетелей и эксперта.
Из личных отношений с арестантами, из расспросов адвоката, острожного
священника, смотрителя и из списков содержащихся Нехлюдов
пришел к заключению, что состав арестантов, так называемых преступников, разделяется на пять разрядов людей.
Никому в голову не
приходило, что те
священники, которые воображают себе, что в виде хлеба и вина они едят тело и пьют кровь Христа, действительно едят тело и пьют кровь его, но не в кусочках и в вине, а тем, что не только соблазняют тех «малых сих», с которыми Христос отожествлял себя, но и лишают их величайшего блага и подвергают жесточайшим мучениям, скрывая от людей то возвещение блага, которое он принес им.
Если лекарь
приходил,
священник, она скажет, что был лекарь или
священник, но имени не помнит.
Черемисы, смекнувши, в чем дело,
прислали своих
священников, диких, фанатических и ловких. Они, после долгих разговоров, сказали Курбановскому...
Летом, если пост находился на берегу,
приходило судно, оставляло солдатам провиант и уходило; зимою приезжал «попостить» их
священник, одетый в меховую куртку и штаны и по виду похожий больше на гиляка, чем на
священника.
Одна старушка, каторжная, бывшая некоторое время моею прислугой, восторгалась моими чемоданами, книгами, одеялом, и потому только, что всё это не сахалинское, а из нашей стороны; когда ко мне
приходили в гости
священники, она не шла под благословение и смотрела на них с усмешкой, потому что на Сахалине не могут быть настоящие
священники.
Одна из сестер Золотухиной, как я уже упомянул выше, была выдана замуж в губернский город за приходского
священника, и Марье Маревне
пришло на мысль совершенно основательное предположение, что добрые родные, как люди зажиточные и притом бездетные, охотно согласятся взять к себе в дом племянника и поместить его в губернскую гимназию приходящим учеником.
Пришло духовенство: маленький седенький
священник в золотых очках, в скуфейке; длинный, высокий, жидковолосый дьякон с болезненным, странно-темным и желтым лицом, точно из терракоты, и юркий длиннополый псаломщик, оживленно обменявшийся на ходу какими-то веселыми, таинственными знаками со своими знакомыми из певчих.
— Сколько годов душевным гладом томимы были мы без
священника?.. Писали, писали на Москву: «
Пришлите пастыря» — ни ответа, ни привета… Ну, вот и дождались…
Священник с попадьей
приходили прощаться с нами и отозвались об Мироныче одобрительно.
Я испугался и, все еще не понимая настоящего дела, спросил: «Да как же дедушка в залу
пришел, разве он жив?» — «Какое жив, — отвечала Параша, — уж давно остамел; его обмыли, одели в саван, принесли в залу и положили на стол; отслужили панихиду, попы уехали [Про
священника с причтом иногда говорят в Оренбургской губернии во множественном числе.
Пришел пожилой
священник с прекрасным бледным лицом, обрамленным ниспадающими по обе стороны черными волнистыми волосами с легкою проседью.
Пришел священник, отслужил молебен, потом молча посидели и стали прощаться с матерью.
— Не знаю-с. Меня поутру, как священники-то
пришли служить, замертво почесть подняли, со всеми этими поличными моими вещами, и прямо же тогда в острог, в лазарет, и привезли.
Нами, пастырями, они нисколько не дорожат, — продолжал он, и взор его все мрачней и мрачней становился: — не наживи я — пока был православным
священником — некоторого состояния и не будь одинокий человек, я бы есть теперь не имел что:
придешь со славой к богатому мужику — копейку тебе дают!..
Барин наш терпел, терпел, — и только раз, когда к нему собралась великая компания гостей, ездили все они медведя поднимать, подняли его, убили, на радости, без сумнения, порядком выпили; наконец, после всего того, гости разъехались, остался один хозяин дома, и скучно ему: разговоров иметь не с кем, да и голова с похмелья болит; только вдруг докладывают, что
священник этот самый
пришел там за каким-то дельцем маленьким…
Она в самом деле любила Клеопатру Петровну больше всех подруг своих. После той размолвки с нею, о которой когда-то Катишь писала Вихрову, она сама, первая,
пришла к ней и попросила у ней прощения. В Горохове их ожидала уже вырытая могила; опустили туда гроб,
священники отслужили панихиду — и Вихров с Катишь поехали назад домой. Всю дорогу они, исполненные своих собственных мыслей, молчали, и только при самом конце их пути Катишь заговорила...
— Не изменю-с! И как же изменить ее, — продолжал Иван Кононов с некоторою уже усмешкою, — коли я, извините меня на том, вашего духовенства видеть не могу с духом спокойным; кто хошь, кажется,
приди ко мне в дом, — калмык ли, татарин ли, — всех приму, а
священников ваших не принимаю, за что самое они и шлют на меня доносы-то!
Тот прямо ему кидается на шею: «Ах, друг сердечный, как ладно и хорошо, что ты
пришел ко мне, я в великом несчастье!» — «Что такое?» — спрашивает
священник.
— Хорошо все это, словно во сне, так хорошо! Хотят люди правду знать, милая вы моя, хотят! И похоже это, как в церкви, пред утреней на большой праздник… еще
священник не
пришел, темно и тихо, жутко во храме, а народ уже собирается… там зажгут свечу пред образом, тут затеплят и — понемножку гонят темноту, освещая божий дом.
Священник Карминов
приходил на урок в муаровой рясе.
Однако хозяйственный мужичок позволяет себе думать о"полной чаше", и нередко даже достигает ее, а
священнику никогда и на мысль представление о"полной чаше"не
приходит. Единственное, чего он добивается, это свести у года концы с концами. И вполне доволен, ежели это ему удастся.
Пришли священники и еще раз поздравили знаменитого именинника с тезоименитством, а семинарист-философ, выступив вперед, сказал приветственную речь, начав ее воззванием: «Достопочтенный болярин!..» Князь выслушал его очень серьезно и дал ему трехрублевую бумажку.
Священнику, дьякону и становому приказано было подать чай, а прочий причет отправился во флигель, к управляющему, для принятия должного угощения.
— Заперта-с, — отвечала и та тоже слабым голосом. —
Священники пришли-с, — доложила она в заключение.
«Поэтический поп», не подавая виду, что он
пришел по вызову, пронес дароносицу под рясой, но как он ни был осторожен, Горданов почуял своим тонким чувством, что от него что-то скрывают, и не успела Синтянина оставить больную со
священником в комнате, как Павел Николаевич вдруг вышел в перепуге из своей комнаты и торопливо направился прямо к Ларисиной двери.
Доходы
священников в то время не отличались обилием: за молебен платили им три копейки, за всенощную — гривенник, за исповедь — копейку. Иногда прихожане
присылали им к празднику муку, крупу, говядину и рыбу. Но для этого нужно было заискивать у прихожан.
Пришел священник, принесли купель.
— Позвольте-с, позвольте, я в первый раз как
пришел по этому делу в церковь, подал записочку о бежавшей рабе и полтинник,
священник и стали служить Иоанну Воинственнику, так оно после и шло.
Панихиды в доме его совершались беспрестанно, и какой бы
священник,
приходя из усердия, ни надевал лежавшую на аналое ризу и епитрахиль, чтоб отпеть панихиду, дьякон Ахилла тотчас же просил благословения на орарь и, сослужа, усердно молился.
— Пророк Самуил, — начал
священник, —
пришел в Вифлеем по повелению господню, и тут городские старейшины вопрошали его с трепетом: «мир ли вход твой, о прозорливче?» И рече пророк: «мир, пожрети бо господу приидох, освятитеся и возвеселитеся днесье со мною». Станем ли и мы, раба божия Юлия, вопрошать тебя о мире твоего пришествия в дом сей?..
В это время внизу Алексей Федорыч занимался по закону божию с Сашей и Лидой. Вот уже полтора месяца, как они жили в Москве, в нижнем этаже флигеля, вместе со своею гувернанткой, и к ним
приходили три раза в неделю учитель городского училища и
священник. Саша проходила Новый Завет, а Лида недавно начала Ветхий. В последний раз Лиде было задано повторить до Авраама.
Когда
пришли священник и доктор Сергей Борисыч, прислуга уже набожно крестилась и поминала ее.
К обеду, который, по обычаю, был подан сейчас, как
пришли с похорон, были приглашены три
священника (в том числе отец благочинный) и дьякон. Дьячкам была устроена особая трапеза в прихожей. Арина Петровна и сироты вышли в дорожном платье, но Иудушка и тут сделал вид, что не замечает. Подойдя к закуске, Порфирий Владимирыч попросил отца благочинного благословить яствие и питие, затем налил себе и духовным отцам по рюмке водки, умилился и произнес...
— Юлико умер, потому что Господь
прислал за ним темного ангела смерти… Господь знал, когда должен умереть Юлико. Я не виновата. Мамао [Мамао — батюшка,
священник.] говорит, что люди невольны ни в жизни, ни в смерти. Правда, мамао?
Наконец,
пришел священник с крестом и святою водою.
Из Арматлука
пришла в город Конкордия Дмитриевна, дочь
священника Воздвиженского, и сообщила Кате, что Иван Ильич дома, у себя на даче. Уже с неделю дома,
пришел пешком, рано утром. Только он очень болен, все лежит. И совсем без призора.
— А Хуторев сам. Помнишь, он тогда читал стихи. Мы собрались проститься с ним, пред его бегством. Я тогда в первый раз услышала эти стихи. Как к осужденному на смерть
приходит священник и уговаривает его покаяться. Тот отвечает, что каяться ему не в чем.
Священник настаивает. И вот осужденный в его присутствии начинает свое покаяние...
— Увы,
священник еще не
приходил… Она хотела исповедоваться и приобщиться после подписания завещания.
Священник удалился. Уехала и «особа» с остальными двумя приглашенными в свидетели при предлагавшемся завещании. Молодая Салтыкова уже окончательно
пришла в себя и распоряжалась своим властным, громким голосом. Отдав приказание обмыть покойницу и положить ее на стол в зале, и указав Софье Дмитриевне во что и как одеть умершую, она тоже уехала домой и, как уже мы знаем, тотчас же по приезде прошла в спальню к мужу и объявила ему о смерти его тетки.
На другой день по прибытии Паткуля в Казимир, где он был заключен в городовую тюрьму, полковой
священник, магистр Гаген, получив тайное повеление приготовить его к смерти,
пришел к нему в три часа пополудни.
Вплоть до самого вечера Глеб находился в каком-то беспокойстве: он метался на лавке и поминутно спрашивал: «Скоро ли
придет священник?», душа его боролась уже со смертью; он чувствовал уже прикосновение ее и боялся умереть без покаяния. Жизнь действительно заметно оставляла его; он угасал, как угасает лампада, когда масло, оживлявшее ее, убегает в невидимое отверстие.
Наконец,
пришли священники.